Кура – дура, дядя Кузя – молодец



…На другой день, после уроков, к птичнику привалила целая ватага ребятишек, и пошла работа. Ребята копали на поле морковь, свеклу, картошку и засыпали ее в колхозный подвал. Там дядя Кузя отгородил два больших отсека специально в «фонд птичника». Затем ребятишки сушили и веяли овес, утепляли здание птицефермы. И когда уже казалось, что вся работа сделана, дядя Кузя отыскал им новое хлопотное дело — собрать по всей округе кости и навозить с реки гальки и песку.

— Нет привередливей скотины на свете, чем курица, — терпеливо разъяснял ребятам дядя Кузя. — Она требует полного рациону. Вот глядите сюда, — тащил он ребятишек в птичник и показывал печь, издолбленную клювами кур. — Почему курица клюет кирпич, залетевши почти под потолок? Может, озорует, как вы в школе? Нисколько. Брюхо у ней с запросами. Брюхо ее, куричье, требует всяких разносолов: известку, овес, овощь, даже мясо сырое или рыбу. И вот из этих-то… — дядя Кузя мучительно наморщился, вспоминая ученое слово, слышанное по радио, — вот из этих-то компонентов образуется яйцо.

Спал ли в те дни дядя Кузя — никому не известно. Если спал, то час-два в сутки. Он старался всюду успеть. Подбодрить словом «молодое поколение», поглядеть, чтобы ребята не озорничали на птичнике, чтобы сыпали куда надо гальку, песок да не подпалили бы птичник, сжигая кости.

С этими костями получился непредвиденный конфуз.

В деревне и в округе их оказалось мало, а норму дядя Кузя установил на каждого ученика не меньше трех кило. Некоторые ребятишки даже костяные бабки принесли и сдали. Иные вовсе ничего собрать не сумели. А старик взял каждого на учет и требовал выполнения нормы.

Котьке Печугину не повезло: он не сумел сдать ни одного килограмма. Ребята подсмеивались над ним, а дядя Кузя, хитровато щурясь, говорил:

— Ничего, ничего, Котька — парень глазастый, он еще всем на диво кость сыщет.
И Котька действительно приволок такую кость, что у самого дяди Кузи глаза на лоб полезли. Кость была в столб толщиной, коричневая, как орех, с черными пятнами. Дядя Кузя сначала принял ее за гнилую корягу, но кость гудела при ударе и не рассыпалась.

Стали расспрашивать Котьку, где он добыл этакую диковину.

Котька помялся и рассказал.

В пяти километрах от села, возле той самой речки, к которой жалась птицеферма, летом работал экскаватор, добывал глину для кирпичного завода. И раскопал кости мамонта. Часть костей отправили в музей, а часть или не успели отвезти, или забыли.

Вот Котька и привез на тележке пудовую кость, чтобы уже сразу рекорд установить.
Дядя Кузя был ввергнут в смятение и не знал, как ему поступить с этакой находкой.

— В какие же времена эта животная на земле обитала? — осторожно расспрашивал он у ребят и, когда те сказали, заключил: — Вот видите, значит, еще задолго до того, как я партизанил и беляков крушил. И выходит что? Выходит, мы не знаем, были во времена мамонтов куры или нет. И если были, то кто кого ел. Опять же кость в земле лежала и… — дядя Кузя пощелкал в воздухе пальцами, — и какие питательные компоненты ее, мы не знаем. А может, в кости этой больше вреда, чем пользы? Может быть? Запросто.

И порешили ребята совместно с дядей Кузей отвезти кость мамонта в школу и организовать там исторический уголок.

Астафьев В.П, Собрание сочинений в 15 томах, том 1, Красноярск, 1997, стр. 262-263

Комментарий В.А.Гапеенко: Дотошный читатель в отрывке из повести Виктора Петровича Астафьева «Дядя Кузя – куриный начальник» главы «Кура – дура, дядя Кузя – молодец», написанной в 1957 году, конкретного пассажа, где упоминалась бы Игарка, не найдёт. А не найдя, задастся вопросом – для чего я в своём Блоге разместила этот отрывок.

Отвечу. Кости доисторических животных – мамонтов – очень часто раскапывали ребятишки в Заполярье, в окрестностях Игарки, в Курейке, где зимовало семейство Астафьевых, в Полое, Карасино. Может быть, с учётом этих детских впечатлений и ввёл писатель в своё раннее произведение эпизод с костью мамонта, может быть, и сам когда-то держал подобную кость в руках.

Чтобы не быть голословной, приведу заметку из игарской газеты «Большевик Заполярья» от 14 июня 1953 года «Найден скелет мамонта»:

«Колхозник Михаил Родин в километре севернее станка Курейка 9 июня обнаружил бивни мамонта, сообщил в сельсовет. Комсомольцы Анатолий Лукьянов Антонина Филимонова, Иван Тарасеев, учащиеся школы № 6 Иван Глушенков, Семён Башкиров на месте находки произвели раскопки и обнаружили скелет. Кости заметно разложились. Бивни, два зуба, часть шейных позвонков, один спинной позвонок перенесены в здание школы. Жители с большим интересом рассматривают кости гигантского животного.
Н.Квасов, директор семилетней школы № 6, Курейка»

Находят кости и сейчас. В 2008 году я была в служебной командировке в Бахте, где живёт друг Виктора Астафьева писатель Михаил Тарковский. Администратор села Владимир Хохлов в своём служебном кабинете показал мне целую коллекцию костей, нарытых ребятишками в окрестностях села. Самые впечатляющие из них стали экспонатами в школьном музее Бахты.

В Игарке в детстве, посещая краеведческий музей недалеко от нашего дома, я тоже видела фрагменты скелета доисторического животного. Музей сгорел в 1962 году, не удалось спасти ни одного экспоната.

В новом Игарском музее — краеведческом комплексе «Музей вечной мерзлоты», перед тем, как спуститься в уникальное подземелье, я показала своему восьмилетнему внуку Григорию кости мамонта. Ему даже разрешили подержать зуб ископаемого животного в руках. Впечатления, хранящиеся в памяти ребенка, прикоснувшегося к вечности, до сих пор неизгладимы.

Может быть, и Витя Астафьев, в детстве найдя в окрестностях Курейки, или на берегу Енисея часть останков животного, в удобном для этого месте, при написании повести, с интересом читаемой и сегодня, и воспроизвёл свои детские впечатления от увиденного в Заполярье.

Читайте Астафьева!

На фото: кости мамонта, найденные в Бахте, снимок Михаила Тарковского; в Игарском
музее вечной мерзлоты Григорий Жуков держит зуб мамонта.


 



Читайте также:



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *