Итак, она звалась Татьяной



25 января издревле в России празднуется как «Татьянин день». Сегодня – это праздник всех студентов, а первоначально день почитания Татианы Римской. И только после того, как российской Императрицей Елизаветой Петровной в 1755 году был подписан Указ об открытии Московского университета, «Татьянин День» стал праздноваться сначала как день рождения Университета, а позднее перерос во всеобщий студенческий праздник.

Имела ли университетское образование девица по имени Татьяна, жившая в конце девятнадцатого веке в селе Монастырском (ныне село Туруханск), история умалчивает. Но сказки она рассказывала отменные. Такие, что и сегодня удивляют даже искушенного читателя, например, сказка «Незнайка» о том, как у купца и его жены, живших на берегу реки, не было вначале детей. А потом по совету одной всезнающей старухи съела молодица кусочек рыбки, которой дала ей волшебница, наказав, чтобы никому она этой рыбки больше не давала.

Ела-ела купчиха сваренную из рыбы уху, да не смогла все осилить, вылила остатки лошади. В результате, у женщины родился сын Иванушка, а у лошади – жеребенок, ставший вырастающему не по дням, а по часам молодцу верным другом и советчиком. А советы молодцу были ой-как нужны.

Бабе наскучил ее муж, купец, на горизонте появился генерал-разлучник. Вместе с ним коварная женщина и пытается на протяжении всей сказки извести со свету своего ставшего ей в тягость сыночка Ванюшку. А, поняв, что каждый раз спасает его от смерти верный конек, мать требует зарезать заодно и животное.

У сказки, как водится, хороший конец. Ванюшка убегает из дому, приезжает в столицу, женится на царской дочке и совершает еще ряд подвигов во спасение царских дочерей от трехглавого Чудища-морского. Ну и зло, естественно, в конце-концов, тоже наказано. Вернувшись на Родину, именитый царский зять расправляется с генералом, своей коварной матерью, освобождая отца от грязной работы, которую он до сих пор исполнял по велению своей бывшей жены, очищая и охраняя их двор.

Вы спросите, почему у сказки такое название. Да потому, что, появившись из сибирского далека в столице, молодец говорит всем, что не знает, кто он и откуда. И за ним закрепляется прозвище «Незнайка».

До сих пор северный фольклор мне попадался только в виде кетских, эвенкийских и селькупских сказок. Оказывается, русские сибирские сказки и песни впервые были собраны в девяностых годах девятнадцатого века и опубликованы в Красноярске в 1902 году в первом томе первого выпуска по этнографии «Записок Красноярского подотдела Восточно-Сибирского отдела Императорского Русского Географического Общества».

До того времени в Сибири русские сказки если и собирались, то только в одиночном порядке и публиковались в отдельных сборниках. Тем более приятно, что пять из них записаны в селе Монастырском в 1895-1896 годах. Их собрал и подготовил к публикации писатель-этнограф А.А.Макаренко, не раз бывавший в Туруханском крае в конце девятнадцатого-начале двадцатого веков. Следовательно, именно ему мы обязаны не только сохранением сказок, передаваемых из поколения в поколение, но и открытием имени нашей землячки, сказительницы Татьяны.

В пересказанных ею сказках чувствуется совершенный литературный язык, местный колорит и присущие северные словечки, нравы и обычаи. А ее авторская сказка «Сынко-глинка» по мнению ученых-литературоведов вообще не имела аналогов среди уже напечатанных. Читая сказку «О царевне и ее сыновьях», начинаешь вспоминать пушкинскую о Царе Салтане, но находишь в сюжете и иной поворот событий, и новых героев. Увлекшись чтением, неизбежно приходишь к выводу, что автор сказок была если и не имеющим специально полученного образования человеком, то талантливым рассказчиком, любящим этот досуг.

Уникальная и сказка о девице, носившей свиную шкуру, и искавшем ее купце-женихе, примерившим оставленный невестой башмачок свинье, — весьма оригинальный симбиоз тем от царевны-лягушки до Золушки. А в сюжете о Сынке-глинке мне так и видится герой шотландского детского стишка «Робин Бобин Барабек скушал сорок человек…», созданного Корнеем Ивановичем Чуковским, но только гораздо позднее.

«Татьяна К-ва, крестьянская девица села Монастырского» — так подписаны собраннные А.А.Макаренко сказки «Незнайка», «О царевне и трех ее сыновьях», «Девица в свиной коже», «Сынко-глинка» и «Как дурак добыл огонь». Отрадно, что все они более объемны, чем, к примеру, рассказанные в селе Казачинском, где все повествование не более трех-четырех абзацев текста. Тем более не понятно, почему подо всеми другими, даже и небольшими сказаниями, стоит полная фамилия и имя автора, а в нашем случае лишь начало и окончание фамилии и отсылка к роду занятия, что совершенно не указано у других – крестьянская девица.

Когда «крестьянская девица» Татьяна диктовала в далекой Сибири сказку о глиняном мальчике, пожирающем все, что попадалось ему по пути, Корнею Чуковскому было только тринадцать лет. А английский стишок уже вполне мог существовать. Следовательно, Татьяна могла его откуда-то знать и пересказать не только этонографу, но и первоначально собиравшимся вокруг нее зимними вечерами у теплой печи ребятишкам, а, может быть, и девицам и молодцам постарше.

Бесспорно, что была она начитана, а, следовательно, образована, возможно, и окончившая высшее учебное заведение. Вне сомнения и второе – она хотела это скрыть, не назвав своей фамилии и сделав отсылку к своему якобы низшему социальному происхождению.

Она могла быть женой Туруханского пристава, запретившего ей в силу ряда причин называть свою подлинную фамилию. И в пользу этой версии я бы назвала присущий сказкам местным колорит, характерные особенности сибирского быта, герои и отдельные речевые обороты, отличные от западной части России. Если это так, то мы должны быть горды тем, что северная земля вскормила и взрастила не только известных впоследствие писателей и поэтов, чьи имена у всех на слуху, но и прекрасную рассказчицу.

Но могла быть и иная разгадка, которую трудно исключить. В конце девятнадцатого века Туруханский край уже начинает называться ссыльным. В 1860 году сюда прибывают на вечное поселение сектанты, в первую очередь триста скопцов из-под Санкт-Петербурга. В это же время в Сибири оказыватся 18250 поляков-повстанцев, кто-то из них мог достичь и Туруханска. Гипотетически Татьяна могла быть дочерью кого-то из насильственно переселенных, передавшего своей наследнице полученные им ранее знания. Противники царского режима начали прибывать в эти края позднее, что исключает, на мой взгляд, ее прямую принадлежность к разряду ссыльных.

Годом раньше, когда проводилсь запись сказок, в 1894-ом, Туруханск посетил великий русский художник В.И.Суриков. Его дед, кстати, полный тезка художника, служил там сотником. Здесь Суриков В.И. выполнил этюды к картине «Покорение Сибири Ермаком» — самого его масштабного исторического полотна. Вполне вероятно, что художник мог общаться с нашей Татьяной, а ее образ быть запечатленным в одном из персонажей картины.

Туруханск имел и связи с затграницей. Известный сибирский предприниматель М.К. Сидоров еще тремя десятилетиями ранее неоднократно демонстрировал иностранцам, в первую очередь, англичанам, богатства Сибири – лиственницу, древесину, графит, пушнину. Вот откуда могла Татьяна, при условии знания иностранных языков, распевать песенку о жадном Робине Бобине и сочинить о нем свою сказку.

Так в том же 1895 году согласно торговым книгам французской фирмы «Рошет» вывоз пушнины заграницу из Туруханского края составил 11500 песцов (по другим данным от 12 до 18 тысяч). Соболь, северный олень, лисица, лось, медведь и прочее составляли лишь 10-15% от всей суммы вывоза в пределах от 300 до 600 тысяч рублей в год. Вполне вероятно, что обратно в Туруханск могли быть ввезены издаваемые в России и зарубежом книги, в том числе и сказки.

Пересказывая их на свой лад и обогащая местным фактическим материалом, импровизируя, из поколения в поколение и мог накапливаться у творческого склада людей свой арсенал сказок и небылиц. Вот почему записанные в южных районах Енисейской губернии сказки, против северных кажутся скудными по объему.

Туруханский край тех лет посещали ученые-исследователи с мировыми именами: россияне И.А.Лопатин, А.П.Щапов, В.П.Шмидт, А.Чеканский, А.Еленев, А.И.Вилькицкий, И.А.Хейн, шведы профессор А.Е.Норденшельд и доктор Нильс Андерсен, американец Джозеф Виггинс. Их общение с передовыми просвещенными аборигенами было неизбежным, и встречи не сиюминутными. Как правило, экспедиции квартировались в Туруханске, иногда зимовали в нем, добирали за счет местного населения свой состав, и, конечно, часть наиболее грамотного населения могла использоваться учеными в качестве возможных носителей предмета изучения. Подобное общение могло обогатить знаниями жаждущих получения новых сведений живущими в замкнутом инормационном пространстве северян.

В то время в Монастырском, ставшем административным центром Туруханского кра, проживало 180 человек: 112 мужчин и 68 женщин. По крайней мере, с одной и из них мы вас сегодня познакомили, хотя так и не разгадав до конца ее тайны. Надеемся, что со временем читателям станут доступны и все ее сказки.

Опубликовано также в газете Игарские новости 22 января 2011 года № 4.

Все сказки, о которых идет речь, размещены в разделе Сибирские сказки на Интернет-ресурсе ВСказках.РФ.

Фото: Иван Табакаев



Читайте также:



Тэги

1 комментарий

  • Борис:

    Уважаемая Валентина Анатольевна! В те годы в Туруханске жила Татьяна Ивановна Подгорбунская в семье Сусловых. Она преподавала в местной школе, ее дочь играла на рояле «Мейбом», подаренном ее дочери Любаше меценатом Сибиряковым. До этого она заведовала Синельниковским приютом в Красноярске, а еще ранее Сибиряковским — в Иркутске. По данным Жореса Трошева при подготовке материалов о декабристах ему удалось установить родство Иннокентия Михайловича Суслова с декабристом Иваном Аврамовым, у которого в Туруханске было трое детей -Сергей, Александр и дочь. Вполне возможно, что это была Татьяна Ивановна, девичья фамилия которой не5известна (возможно Даурская).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *