Русь святая, храни веру православную!




30 июня 2005 года в Игарке побывала с крестным ходом внушительная делегация церковнослужителей во главе с архиепископом Красноярским и Енисейским Владыкой Антонием и епископом Абаканским и Кызыльским Ионафаном. Вместе с ними принимал участие в православной акции почетный настоятель Храма Святителя Николая в Вашингтоне, заслуженный профессор русского языка и литературы Джорджтаунского университета протоиерей Дмитрий Григорьев. Во время стоянки теплохода в Игарке мы беседовали с ним об истоках русской церкви в Америке, о личной судьбе российского эмигранта и, конечно, о будущем России.

— Отец Дмитрий, расскажите, как пришло православие в Америку.

— Православие пришло в Америку в конце восемнадцатого века, еще во времена царствования Екатерины Великой. Тогда Аляска принадлежала России, и всем управляла русско-американская компания, занимающаяся пушниной. Владельцем этой компании был некий Шелехов, верующий человек. И он хотел, чтобы на Аляске была русская православная церковь, обратился с этим к Синоду. Синод послал на Аляску мессию для того, чтобы заниматься миссионерской деятельностью среди местного населения. И так к концу восемнадцатого века православная русская церковь появилась вначале на Аляске, а затем и в Штатах.

В то время епископом северо-американским был Гедиос, было несколько сотен тысяч верующих. До революции все было в ведении русской церкви: одна епархия, один епископ. После революции, когда церковь в России была разрушена, отдельные народности ушли к своим церквам, так появились греческая православная церковь, румынская и так далее.

Но произошел, к сожалению, известный в Европе раскол церковный, а потом и развал русской православной церкви. Русская церковь не признала московскую, московская церковь тоже есть в Америке. Сейчас ведутся переговоры с московской церковью, и мы надеемся, что произойдет объединение.

У автокефальной церкви есть несколько приходов. Один из них – Храм Святителя Николая в Вашингтоне, где я и служу. Он был основан русскими эмигрантами в двадцатых годах.

— Двадцатого столетия?

— Да. В настоящее время половина прихожан в нем англо-язычные, половина – русские. Во-первых, это старые русские, кто уже многие годы живет в Америке. Последние десять лет очень резко возросло количество прихожан за счет новых приезжающих: это жены американцев, то есть, русские девушки, вышедшие замуж за американцев. Студенты приезжают, аспиранты, люди, связанные с российско-американским бизнесом, связанные с государственными миссиями, посольствами.

Богослужение ведется на двух языках: русском и английском. Устраиваем также лекции, доклады.

— Спасибо, очень содержательная вводная информация. Ради Бога, простите, может быть, следующий вопрос покажется Вам нескромным, но Вы можете рассказать о своей судьбе, как Вы лично оказались в Америке?

— Могу. К сожалению, моей семье пришлось бежать из России. Моего отца арестовали. Это было в Царском Селе, теперь это город Пушкин. Его повели в ЧК. По всей видимости, его бы расстреляли.

— Это начало двадцатых годов прошлого столетия?

— Это было в 1918 году. Он был губернатором Николаевска-на –Амуре, находился в Царском селе по приглашению Красного Креста. Его спас член реввоенсовета солдатских и рабочих депутатов.

Когда ночью отца арестовали и увели в ЧК, мать не знала, что делать. Схватила маленькую иконку Божьей Матери и побежала в ЧК, она знала, где они находятся. И вот кто-то к ней подходит:

— Барыня, Вы что тут делаете?

Этот солдатик и позволил отцу с матерью уйти, забрать маленькую сестренку и посадил их буквально на последний поезд, который шел на Дальний Восток.

А там уже по другим причинам отец оказался в Англии, где я и родился. Потом сразу мы поехали в Японию, в Токио. Меня об этом никто не спрашивал. Мне было только две недели. Но этих двух недель было достаточно, чтобы я, как родившийся на той территории, получил британское подданство. И отец мне всегда говорил (он умер в 1942 году):

— Ни за что не теряй английский паспорт.

Мы жили в Риге, просто, как все бедные эмигранты. И вот пришла советская власть. Я радовался, я слушал русские песни, смотрел, как маршируют по улицам солдаты. А теперь вот обратные процессы начались – русских выдворяют из Латвии.

— А русские в этом виноваты?

— Что вы, нет. Абсолютно нет. Они виноваты только в том, что они русские. Я хотел тогда остаться в Советской Латвии, но пришли люди из ЧК и предложили мне быть сексотом. Сказали, ты эмигрант, значит, должен быть недоволен советским правительством.

И, к счастью, у меня оказался британский паспорт. Я буквально в последний возможный день записался на выезд. Было соглашение между латышским и британским правительством, все британские подданные отправлялись на Дальний Восток. Там нас посадили на корабль и отправили в Австралию. Почему не в Англию? Там в это время шла война.

Потом я служил в торговом флоте и остался в Нью-Йорке, совершенно легально, для того, чтобы продолжить свое образование.
— Я слышала о Вас, может, это неправда, якобы Вы впервые в России?

— Нет, я в России, к счастью, начиная с 1965 года, бываю почти каждый год. Я участвую в совместных проектах Московского и Джорджтаунского университетов.


Михаил Тарковский, писатель. Пос. Бахта.

— А как Вы оцениваете сегодняшнюю Россию? Возможно ли возрождение веры в ней?

— Я глубоко согласен с тем, что говорит архиепископ Антоний, вера – это источник возрождения России. Без веры, без церкви ничего не получится, потому что нравственность наша основана на христианском учении. Нравственность, к сожалению, в России из-за внедрения безбожия весьма и весьма низка. Я бы даже сказал – и нравственность, и настоящая культура.

— Согласна.

— Но все это хранится в церкви. И поэтому я вижу, что есть спасение у россиян, и это спасение в возрождении веры. Но люди хотят, чтобы сразу все случилось. А это может развиваться поколениями. Но нам надо неустанно подниматься. И я очень рад, что у вас есть такие проповедники, как архиепископ Антоний.

— Спасибо за беседу. Доброго Вам здоровья.

Комментарий автора: Это интервью было взято мной для телевизионного канала «Игарка» и после трансляции опубликовано в газете «Игарские новости» 14 июля 2005 года с заголовком «Вера – источник возрождения».

Перечитывая его сегодня, хочу интересующимся читателям добавить, что Дмитрий Дмитриевич Григорьев был рукоположен в сан священника в 1969 году. После того, как храм святителя Николая в Вашингтоне получил статус Митрополичьего собора, отец Дмитрий Григорьев был назначен вторым священником, а в 1986 году – настоятелем собора. С 1959 года он читал лекции по истории русского языка и литературы в Джорджтаунском университете в Вашингтоне. В 1964 году стал профессором университета, и проработал в этой должности до 1989 года.

К моменту его приезда в наш город он являлся одним из старейших и авторитетнейших священников Православной Церкви в Америке. Он умер в Вашингтоне 8 декабря 2007 года и похоронен на кладбище Рок Крик, вдали от искренне любимой им России.

В статье использовано фото с сайта: st-catherine.ru



Читайте также:



1 комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *