Я верю, друзья, караваны ракет…



Сколько не пыталась, фотографию Георгия Антипова мне найти не удалось. Интернет тоже молчал. Очень короткую жизнь прожил писатель – даже до сорокалетнего юбилея не дотянул – получил тяжелейшее ранение в голову в последние дни Великой Отечественной войны. Судьба его складывалась как у многих родившихся в двадцатые годы прошлого столетия, даже точная дата рождения осталась неизвестной – март 1923-ьего, Бурятия.

Я верю, друзья, караваны ракет…

Известно, что с 1929 по 1940 семья жила в Игарке, однако, родители с детьми начали приезжать только с 1930 года, значит, и эта дата может быть подвергнута сомнению. Но всё-таки его смело можно назвать игарчанином, думаю, и он сам гордился этим званием.

Неизменное и главное то, что у мальчика в Игарке начал развиваться талант к сочинительству и увлечение литературой стало серьёзным. Его рассказ «Водолаз» в книге «Мы из Игарки» поражает, он написан уже профессиональным языком писателя, хотя и посвящён известной ребячьей забаве всех времён – катанию на самодельных устройствах – лодках и плотах – по многочисленным игарским лужам – по площади так и настоящим озёрам. И чувство юмора юному автору присуще – «Водолазом» стали называть мальчишки своего сверстника Пашку Ситникова после неудачной попытки плавания: он сорвался с плота и полетел в воду. Так путешественника с тех пор и прозвали ребятишки «Водолазом».

Перед войной Гоша Антипов окончил обучение в школе, выехал в Красноярск, поступил в педагогический институт.

Весной 1942 года будущий учитель словесности Антипов Георгий Иванович был призван на действительную военную службу Кировским военкоматом города Красноярска.

Воевал на Западном и 3-ьем Белорусском фронтах. Голову от пуль не прятал, был связистом, как и другой игарский паренёк Витёк Астафьев, с которым, возможно, они в детстве и пересекались. Может быть, на тех же плотах по лужам катались, либо с горок на лыжах съезжали – бесстрашными росли игарские ребятишки.

Первую свою медаль «За отвагу» Георгий Антипов получил при освобождении от немцев Белоруссии в августе 1943 года. Тогда за два дня напряжённых боёв телефонисту Антипову пришлось тринадцать выбираться из окопов и под шквалом огня противника ползти в неизвестность искать порывы на линии связи. Каждый метр пути ползком мог оказаться для него последним. Он обеспечивал телефонные переговоры командного пункта полка со стрелковыми ротами. Попутно отважный связист вынес с поля боя трёх раненых бойцов, предварительно перевязав им раны. Красноармейца не только наградили, но и назначили командовать отделением, повысили ему звание.

В декабре на личном счёте комсомольца Антипова значилось десять убитых им солдат противника. К наградам прибавился орден Славы 3-ьей степени. Перед самым Новым годом сибиряк получил и своё первое ранение, пока лёгкое.

Его земляк Виктор Астафьев в романе «Прокляты и убиты» поведал жестокую правду о переправе через Днепр. До противоположного берега не добирались тысячи плывущих на плотах солдат. Как тут не вспомнить безобидные ребяческие сплавы по вскрывшимся ото льда весенним игарским болотам!

Антипов был участником неоднократного форсирования рек: Проня, Днепр, Березина, Неман. Он со своим отделением первым форсировал реки Днепр и Неман. Его отделение первым ворвалось в траншеи на берегу Днепра и в город Шклов. На левом берегу Немана отделение старшины Антипова перешло в контратаку с крупными силами пехоты и танков. Антипов не просто руководил своим отделением, держа в поле зрения и корректируя передвижение вверенных ему бойцов. Сам лично из автомата он расстрелял до 19 немцев, двоих взял в плен. Был награждён орденом Красной Звезды. Стал коммунистом.

Военные действия для Георгия Ивановича закончились на две недели раньше официального Дня Победы. В Восточной Пруссии под Кенигсбергом он был тяжело ранен в голову. Это ранение на полгода приковало его к постели и позже много раз, давая о себе знать, выводило его из строя. Но мужество, жизнелюбие помогало преодолевать боль, быть в гуще событий.

Вернувшись после войны в Красноярск, Антипов учительствовал, работал в краевом комитете комсомола, был журналистом газеты «Речник Енисея» Енисейского речного пароходства, заведующим литературным отделом краевой молодёжной газеты «Красноярский комсомолец». Мне ещё предстоит отыскать его «след» в архивах этих издательств и ответить на вопрос, приезжал ли он в послевоенную Игарку, писал ли о городе детства.

Но зародившуюся у юного северянина мысль стать писателем наш земляк не оставил. Он успел закончить единственную, но очень дорогую для него книгу: фантастическую повесть «Ортис – десятая планета».

К сожалению, она увидела свет уже после смерти писателя. Но продолжает быть интересна детям: выдержала четыре издания – в 1963, 1967, 1978 и 1989 годах – в Красноярске и Москве. С детства она есть и в моей личной библиотеке. Как и в «Водолазе», в ней чувствуется мягкий, добрый юмор, она легко читается, за приключениями школьника Коли Вострикова на выдуманной писателем планете Ортис следишь с увлечением.

Я верю, друзья, караваны ракет…

Космический «заяц» прилетел на планету на ракете, незаметно забравшись в неё ночью перед стартом. Когда его заметили космонавты, земля была далеко, вернуть горе-путешественника назад было невозможно. Двенадцать писем, направленных Колькой своему земному другу Стёпке – главы этой книги.

На первый взгляд, знакомыми показались и герои, живущие на выдуманной планете – их имена – Кинечу, мальчик-рёва Лесо и другие при чтении справа налево (знакомый с детства всем приём шифровки) – это Ученик и Осёл.

Но книга рождается в конце пятидесятых, ещё не полетел в космос человек, выполнены только первые опыты с собачками. (Смотри мой очерк «История одного полёта»). Жизнь на других мирах не обнаружена и доныне.

А автор уже пишет о регулярных космических рейсах: «На Ортис мы прилетели, оказывается, точно по расписанию».

С позиций наших знаний сегодняшнего дня мы можем восхищаться, как точно автор предсказал и многопрофильный экипаж космического корабля, и помощь космонавтам в полёте роботов, и ощущения от состояния невесомости, и необычное питание астронавтов.

Чего стоит, к примеру, неизвестный тогда электронный переводчик, выдуманный автором, «маленький такой аппаратик, похожий на наш карманный фонарик», с помощью которого Колька общался с юными ортисишками-мальчишками. «Какой-то ортисишка суёт мне его под нос и всем видом показывает, чтобы я говорил. И я ответил:

— Русский я. С Земли.

Электронный переводчик залопотал по-ортисянски».

Для моей девятилетней внучки ничего сверх ординарного в этом эпизоде уже нет. Она сама легко подаёт папиному телефону задания, и «О’кей, Google» ей отвечает.

Пиджаки и рубашки у юных жителей планеты были надеты задом наперёд. На головах – что-то похожее на наши бескозырки. «Но когда я пригляделся к одной бескозырке, пишет

автор, — то сзади у неё нашёл козырёк. Значит, это были не бескозырки, а фуражки и кепки, но почему-то надетые задом наперёд. Оказалось, что на Ортисе носить так одежду удобнее: в пальто и плаще не продувает. А козырьком лучше прикрывать не лицо, а затылок от солнечного удара».

Вот так за полвека до настоящего времени автор предсказал, что удобной формой одежды мальчишек, девчонок двадцать первого века, да и взрослых тоже, станут футболки, свитера и «толстовки». А кепки и бейсболки будут лихо носить козырьками назад.

Окна в домах на планете Ортис не стеклянные, а пластмассовые. В домах не телефоны, а видеофоны: «разговариваешь – и видишь с кем». Упоминается автомат-бибиотекарь. Чем вам не сегодняшнее чтение книг он-лайн в интернете?!

Есть у автора и более философские понятия – возраст у ортисян считался не с момента рождения, а по количеству лет принесённой пользы обществу. Только эти годы ортисяне записывают в свои паспорта. «Но учёба в школе тоже считается. Счёт как раз и начинается с первого класса»

Впрочем, пересказывать повесть со всеми подробностями я вам не буду. Любой желающий может прочесть её сам, тем более, что она выложена для свободного чтения в интернете. Если пользоваться терминологией Антипова – найдите её с помощью автомата-библиотеки.

Одно из изданий книги (Красноярск, 1989 год) предваряет вступительное слово А.Антиповой. Кто это, вдова, или дочь писателя, к сожалению, не указано. Она пишет о Георгии Ивановиче Антипове, скончавшемся 16 июня 1962 года: «Он прожил недолгую, но полную яркими событиями жизнь, оставшись в памяти своих учеников и товарищей-журналистов человеком мужественным, активным, внимательным, остроумным и бесконечно добрым». Те же эмоции вызывает и прочитанная книга.

Кто знает, проживи он дольше, может быть, как и Виктор Петрович Астафьев, поведал свою солдатскую, окопную правду о войне.  Не мог не поведать.

Плечом к плечу, рядом бы встали два бывших игарских мальчишки, фронтовики, ставшие профессиональными писателями. Погрузиться в тяжесть военного бытия, изведать присущий юности страх, бредя по болоту, форсируя реку, ощущая запах гари и мёртвых тел, об этом пришлось рассказывать читателю одному из них.

Другой навеки остался в памяти как детский писатель-фантаст, автор единственной написанной им доброй и лёгкой книги «Ортис – десятая планета».

Сканы книги «Ортис- десятая планета» Красноярского книжного издательства 1989 года.



Читайте также:



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *