Необычная находка



Довольно часто в нашей прессе появляются сообщения о необычных находках, кладах, которые теми, или иными путями возвращаются к людям. Несколько лет тому назад сообщалось и о таких находках на нашем Севере. Серебренные монеты в глиняном горшке были вмурованы в глиняную кладку  одного из зданий поселка Туруханска. А в одной из деревень этого района при сносе доме, под фундаментом нашли железную коробку с монетами.

Необычная находка

Нечто подобное, правда, не клад, а одну серебренную монету нашел на берегу Енисея в районе Старой Игарки Максим Лешков, учащийся 2 класса школы № 9. На лицевой стороне монеты написаны, в обрамлении венка из дубовых листьев, слова: «Чистого серебра 4 золотника 21 доля».  На второй стороне – герб царской России двуглавый орел и надпись «Монета рубль». Здесь же обозначен год 1819-й.

Такие монеты, находящиеся в обращении до Октябрьской революции, имеются в коллекциях многих нумизматов, в том числе и игарских. На найденной монете есть сквозное круглое отверстие, сделанное вручную. Оно свидетельствует о том, что находка имела и другое предназначение: она являлась частью мониста и украшала головной убор или носилась как украшение на груди девушки, или молодой женщины. В середине девятнадцатого века такой вид украшения находил применение у коренного населения – эвенков, селькупов, кето и других.

Теперь давайте немного пофантазируем.  Представим, что данная монета могла появиться на нашем севере в середине девятнадцатого века. Тогда на станке старая Игарка жили холостой Иван Шадрин да две семьи: Иван Ануфриевич Шадрин с женой Любовью и детьми Иваном, Маней, Любавой, а также сестрой главы семьи Настасьей, и поселенец Никифор Гнездилов с женой Ириной. А относительно недалеко от старой Игарки, в районе станка Карасино, кочевал инородческий князь четырехлетней орды Тимофей Яроцкий со своим семейством, в котором были и молодые девушки.

В начале ХIХ века царское правительство приняло решение  об открытии под своим контролем запасных магазинов, с тем, чтобы несколько ограничить самовольных купцов. В таких магазинах проживающим на станках  авансом выдавались некоторые товары: мука, соль, другой провиант, которые можно было обменять на пушнину, имевшуюся у коренного населения. Вот так, наверное, и случилось, что Тимофей Яроцкий, на нескольких нартах вместе с женской половиной семьи поехал в ст. Игарку для обмена пушнины на товары. На одних из нарт  ехали и его дочери, одетые в нарядные одежды с украшениями. Ведь слух по тундре прошел, что там живет холостой русский парень Иван Шадрин, да и в другой семье – тоже Иван – стал уже статным отроком.

Не исключено, что одной из красавиц понравился Иван Шадрин, и ради того, чтобы еще раз вернуться на станок, она рассталась с дорогим своим украшением, бросив его на берегу Енисея. Такое поверие бытует почти у всех народов.

А более, чем через сто лет Максим Лешков нашел эту монету.

Но разгадали лир мы тайну ее или нет – трудно сказать.

Л.Барановский
Газета «Коммунист Заполярья», 1987 год

Комментарий В.А.Гапеенко: Эту небольшую заметку с подписью известного игарского краеведа Леопольда Антоновича Барановского с удовольствием публикую на страницах своего Блога. И не только, как упоминание о том, что даже небольшому событию краевед придавал такое  большое значение. У нас в семье, кстати, тоже была  серебряная царская монета, правда, уже начала 20-го века. Мама опускала ее в кувшин с  питьевой водой для очистки воды.

Примечательно, что Леопольд Антонович публикует полные сведения о проживавших в станке Игарка в средине 19-го века, а это  уже более ценные сведения.

Хочу выдвинуть и еще одну из версий. Возможно, что монетка эта в свое время находилась на костюме шамана. Взгляните на репродукцию этюда Василия Ивановича Сурикова  «Шаман» к картине «Покорение Сибири Ермаком». Известно, что художник закончил работу над масштабным полотном в 1895 году.  Он не только изучал архивные материалы, но и предпринял путешествие по Енисею до Туруханска, где когда-то казачьим  сотником служил его дед и полный его тезка – Василий Иванович Суриков. Так что, накапливая впечатления  для масштабного полотна, Суриков этюды для картины  писал с  позировавших ему вживую аборигенов  Туруханского края. Инородцы при этом носили более скромные одежды.

Спустя три десятка лет интересно узнать о судьбе Максима Лешкова и самой монетки.

Может, кто-то из читателей знает об этом?



Читайте также:



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *