По станкам Игарского района

В 1935 году (в номерах с 15 по 30 марта)  в газете «Северная стройка», что выходила тогда уже пятый год в строящемся в Заполярье городе-порте Игарка,   были опубликованы путевые заметки А.Гольдкина «По станкам Игарского района». Полагаю, что это был врач, возможно, даже главный врач городской больницы. В ту пору территория, подведомственная  Игарскому городскому Совету депутатов трудящихся, занимала площадь  порядка пятнадцати тысяч квадратных километров.  С 1931 года Игарка вышла из состава Туруханского района, став  городом краевого подчинения.  К ведению городского Совета были отнесены  экономически и территориально тяготеющие к  Игарке  русские селения и станки: Старо-Плахинское, Денежкино, Ермаково, Игарка (станок), Карасино,  Курейка, Погорельское, Полой, Сушково, Усть-Курейка и Шайтанское.  Вот  в такую инспекционную и просветительскую  поездку и был командирован врач А.Гольдкин.

По станкам Игарского района

Совершенно случайно обнаружив номера газеты, которые  ранее считалось, что   не сохранились, не могла удержаться, чтобы их не опубликовать.  Очень добросовестно подошёл командированный к своему поручению – подробно описал быт, нравы и условия жизни на далёких, оторванных от цивилизации,  северных поселениях. Сегодня эти свидетельства очевидца – исторически дорогого стоят. Не сомневаюсь, что всё описанное было взято на вооружение  местными властями.  Вот бы и нынешним  поучиться, какие  выводы делать из своих поездок, какие меры принимать и  как  широко  информировать население.

Впечатляет и другое – насколько живописно  автор описывает природу. Что и говорить, не один поэт и писатель обязан своим рождением Заполярью.  Впрочем, думаю, пора перейти к самим заметкам.

Как и предыдущие найденные мною уникальные исторические газетные материалы о любимом мной городе, публикую их в полном объёме, сохраняя авторский текст и делая лишь поправки на современные правила правописания отдельных слов.

По станкам Игарского района

–  Когда же вы намерены выехать? Это необходимо сделать на днях.

С этими слова председатель Горсовета И.В.Брилинский  распорядился немедленно заготовить мне проездные документы.  Он знал, что в ближайшие дни начнёт выполняться ещё один пункт наказа Горсовету  – всестороннее изучение станков и обслуживание их медицинской помощью.

Две бригады горсовета «Плахинская» и «Карасинская» в результате своей поездки  должны представить исчерпывающие данные о станках района. Тем самым президиум Горсовета экзаменовал работу  своих отделов и учреждений.

Яркие дни на Игарке редко радуют нас своим солнечно-искристым блеском. В один из таких прекрасных дней я начал свою поездку по южным станкам района.  В такой день особенно хорошо быть за городом. Лёгкие нарты слегка разъезжаясь в стороны прокладывают след по переметённой дороге. Ночью ветер распахал снег на Енисее, оставив на нём культурные изваяния узоров и рисунков самой причудливой формы. Северное солнце сулило чудесные  таинственные непредвиденности.

И действительно, в этот день был незабываемый рубиновый закат. Островки низких, почти сливших с горизонтов облачков ежесекундно меняли свои очертания,  купаясь в ярко-малиновых красках солнца.

Узкая и низкая полоска лесотундры, видимая как бы дальше горизонта, делила его на две половины – переливчато-солнечную и сумрачно-свинцовую!..  Неиссякаемая игра красок.

Транзитом проезжал я через станки, чтобы скорее добраться до конечного пункта – Усть-Курейки.  От неё, уже следуя назад, я подолгу задерживался на каждом станке, выполнял свою прямую врачебную работу.

Усть-Курейский Дом отдыха приходит к открытию летнего  сезона с неплохими хозяйственными показателями. А.Ф.Калинин (заведующий домом отдыха) с гордостью показывал мне хозяйство дома.  Если в прошлом году в это время коров и лошадей подвешивали на верёвках, чтобы они не падали от слабости, то нынче они «трудно» ходят от непомерного ожирения…

По станкам Игарского района

Поголовье хозяйства увеличилось на шесть одногодовалых тёлок, пятимесячного жеребёнка «Мишку», одного бычка, семнадцать поросят. Животные прекрасно прибывают в весе и имеют за собой  внимательный уход.

– Андрей Фёдорович, чем Вы их так хорошо кормите?

– Официально я имею для скота только сено.  И лукавство светится в глазах Калинина.  Нужно помочь заведующему Домом отдыха разрешить вопрос с крольчатником. Не клеится у них это дело, не знают они, как умело нужно его вести. За зиму они успели потерять двадцать кроликов.

К огородной кампании Дом отдыха почти готов. С любовностью развязывал передо мной заведующий домом отдыха мешочки с семенами, которых хватит ему на несколько сезонов. Уже готовы шесть парниковых рам. Своевременная отгрузка семенного картофеля обеспечит и своевременный сев.  Теперь дело за ЦРК, который должен при первой же возможности отгрузить этот картофель.

Первая партия отдыхающих получит достаточно разнообразное питание.  Неутомимый А.Ф.Калинин, полагаясь больше на свои заготовки, уже приберёг для них масло, сметану, дичь, рыбу и обещает кормить свежими огурцами.

Время идёт, а к ремонту Дома отдыха ещё не приступили.  План нового строительства (баня с прачечной, веранда при столовой, перенос хлебопекарни в другое помещение) ещё не утверждён, кредиты ещё не открыты,  рабсила ещё не прислана. Зато есть утешительная весть из края – для Дома отдыха будет прислан в нынешнюю навигацию новый  собственный катер.

Работу свою я начал со станка Курейка. Помимо лечебной помощи мною вообще на всех станках проводился поголовный осмотр населения, проделано было исследование крови,  привита оспа, детям ставилась так называемая реакция Пиркета для определения заражённости их туберкулёзом,  поголовно осмотрены в санитарно-бытовом отношении все жилые избы и халупы,  проводились беседы и собрания.

Большая полезная работа. Её результаты после детальной обработки были доложены секции здравоохранения и президиуму Горсовета.

На станках южного района интересно отметить родовое сожительство.  Например, из 22 семейств Курейки 11 принадлежат к роду Тарасеевых – «Тарасеевская» Курейка.  Полой можно назвать «Пономарёвским» – из 4 коренных семейств 3 принадлежат роду Пономарёвых. Ну а Сушково – на сто процентов «Салтыковское».

На примере Курейки, наиболее отдалённому станку,  видно, что мы ещё не взялись как следует за обслуживание наших станков.  Особенно режет глаза их культурно-бытовая отсталость. «Люди решают факты» – это неоспоримо. Вот люди и факты.

Квалифицированные лекпом (мой комментарий – лекпом – лекарский помощник, фельдшер, помощник врача), педагог, председатель колхоза. Люди с большим опытом и общественным стажем. Культурный фронт работы им не чужд по профессии и положению.  А вот кроме узкой врачебной помощи товарищ Раскольников ещё не сделал большего, и хороших советов по части культурной жизни  колхозник от него ещё не слышал.

Школа плохенькая, маленькая, так примелькавшаяся своим убожеством и учителю,  и правлению колхоза всегда будет «корявенькой»,  если в один прекрасный день не перестанут спорить, кто же должен позаботиться о  её культурном виде – учитель, или заведующий хозяйством колхоза.

Пол гуляет «гармоникой», высокие самодельные столы «танцуют» под эту «Гармошку», детишки, сидя на низких скамейках,  вытягивают и искривляют свои позвоночники,  все их шестнадцать шубёнок чудесным образом размещаются на двух гвоздях…

А люди спорят, кому вбить несколько гвоздей в танцующие половицы, укрепить и снизить столы, приучить ребят к порядку и организованности, вбив для каждого из них гвоздик для пальто и наклеив при этом этикетку с фамилией и именем.

Заведующий колхозом товарищ Салтыков принёс через меня извинения товарищу Огуленко, что до сих пор не исправил всех хозяйственно-гигиенических  беспорядков в школе. На них товарищ  Огуленко в бытность свою в районе особенно указывал.  Я был категорически заверен, что всё будет обязательно исправлено.

Интересно, знает ли об этом ГорОНО?

Ребятам очень понравилась физкультурная зарядка, которую я с ними проделал на показательном уроке.  Если педагог школы товарищ Николаев будет продолжать её проводить в начале, или конце школьного дня – буду удовлетворён, не зря показывал.

Ещё большее удовлетворение я получу, если Игарсоюз снабдит Курейское отделение интеграла  зубным порошком. По крайней мере, в избах будет меньше грязи от угольного порошка, который ребята, по моему совету, применяют для чистки зубов. После проведённой с ними беседы я видел умилительное шествие школьников в кооператив за зубными щётками. Это была маленькая победа детского коллектива на культурном фронте.

Люди и факты

Кстати, не только о зубном порошке. Есть и другие вещи, которых ещё не разрешили люди. Они не только не добились победы, они вообще забыли о существовании борьбы за культурность и культуру.

Я не голословен. Попробуйте, будучи на станках, походить из дома в дом – вы многое узнаете,  услышите и увидите. Вы услышите жалобы на однообразное и недостаточное питание, на отсутствие хороших бродней к путине,  на нехватку мыла, на зелёную тоску и скуку.

Вы увидите, как в некоторых семьях колхозники умываются из бутылки, или консервной банки, подвешенной на верёвки у печки; как школьники  ежедневно носят из дома в школу собственные чернильницы,  балансируя с ними в глубоком снегу; как  детишки играют дома в спичечные коробочки и пустые катушки, как… многое можно увидеть и услышать.

Короче говоря, интегральная кооперация занимается только пушниной и рыбой, а вот живых конкретных людей, промышленников с их семьями,  добывающих золотую валюту для страны, забыла обеспечить  санитарно-культурным минимумом. Не пытайтесь найти в Курейском отделении интеграла самых необходимым предметов ширпотреба,   или культтоваров: их  попросту нет.

По станкам Игарского района

Совсем не обязательно, по-видимому,  Игарсоюзу беспокоиться о продаже на Курейке  умывальников, заварных чайников, керосиновых ламп и зеркалец, мужских пуговиц, крючков, кнопок, лент, тесёмок,  нижних рубах и   кальсон, кухонных ножей, чайных ложек и дамских гребёнок (колхозницы часто их спрашивают).

Товарищ Котков (ГорОНО) может, по-видимому,  спокойно заниматься, зная, что станок и школа на нём обеспечены химическими  карандашами и чернильницами,  ручками, чернилами, конвертами и бумагой.

Горздрав, по-видимому,  может быть уверен, что интегральная лавка в Старой Игарке давно поделилась с лавкой в Курейке своим избытком детской присыпки и игрушек,  что наши северные колхозники обеспечены мылом, (ох и крепко же меня «мылили» за это на всех станках!), что питаются там разнообразно приготовленной рыбой…

Как это было бы хорошо, если бы это было фактически!  И в то же время, как немного нужно, чтобы всё это было!

Колхоз имени Сталина (мой комментарий – станок Курейка) решил в путину  35-го года покончить со своей большой заложенностью. Идёт усиленная подготовка к лету.  Проводится полное обновление всех снастей, в каждой семье усиленно вяжутся сети,  сколачиваются две бригады на Вымские озёра. И уже теперь они озабоченно говорят о помощи, которую ожидают от Игарсоюза. В прошлом году им пришлось на себе переносить на Кунянские озерки  соль, бочки, продовольствие.

С прибытием товарища Бугаева для руководства колхозом несколько укрепилась в нём трудовая дисциплина, но она ещё далеко не на высоте.  Работают на промыслах с прохладцей, больше любят просиживать дома. Слаженности и спаянности среди колхозников нет,  самокритики не любят.

Не видно колхозной работы со стороны интегральной кооперации.  Много вопросов организационно-хозяйственного укрепления колхозов ждут своего немедленного разрешения.  Не видно в наших северных колхозах  упорной, настойчивой борьбы за хорошую, культурную, зажиточную жизнь на основе планово-организованного труда.

И начать,  конечно,  нужно с первого – с проверки колхозов.

На Курейке я снова видел «домик Сталина». Если прошлой осенью он производил жуткое впечатление своей запущенностью (а ведь в нём тогда была изба-читальня), то нынче он служит жильём педагогу.

Прибывавшие не так давно товарищи из Туруханска собирали живые воспоминания о жизни товарища Сталина на Курейке. К описаниям этих лет из жизни нашего вождя я могу добавить цифры точных измерений здесь его жилья.

По станкам Игарского района

Однокомнатный домик с входом прямо с улицы, длина комнаты 4,8 метра, ширина – 4,2 метра,  высота – 2,1 метра. Следовательно, площадь жилья составляла 20,16 квадратных метров и кубатура 42,5 кубометра. В комнате два окна размерами на 50 сантиметров. Ничтожная световая поверхность окон!  Из мебели, составлявшей «уют» комнаты, сохранился овальной формы  стол, ножки которого связаны верёвкой.

К великому сожалению, этот ценнейший памятник о тяжёлой ссылке товарища Сталина не служит сегодня ещё тем общественным местом, где колхозники Курейки могли бы заражаться тем  производственным энтузиазмом, черпать культуру и знания, приобщиться к великой задаче переделки своей жизни.

А ведь около двух десятков лет тому назад товарищ Сталин, видя казавшуюся беспросветную жизнь,  непоколебимо подготовлял торжество социалистической революции, а вместе с нею и зажиточную радостную  жизнь колхозников.

Как досадно, как нелепо получилось, что формально радиофицированные колхозы  ни слова, ни звука не слышали о прошедших в Москве великих днях  и делах: ни УП Всесоюзный съезд Советов, ни Второй Всесоюзный съезд колхозников, ни радиогазеты Игарской вещательной станции своевременно не дошли до колхозов.

Их радиоприёмники грустно молчат. Кто-то забыл, радиофицируя район, периодически  проверять эти установки.

Отрадное впечатление оставляет колхоз «Уралец» на станке Денежкино. Вот его краткая история. Летом 1931 года  колхоз перебрался на Крайний Север с Урала, из бывшей  Оренбургской губернии. Приехало вначале 16 семейств. А через два года осталось только шесть.  Неустойчивые, случайные люди ушли из колхоза.

«Уральцы» – исконные рыбаки. В колхозе состоят с 1926 года.  И делают это неплохо. В комнате  старого колхозника товарища Горбушина висит от руки запросто вычерченная диаграмма успехов каждого промышленника на «пушном» фронте. Столбики диаграммы неуклонно ползут вверх.  Чёрточки роста процентов выполнения за квартал этого года вселяют  в колхозников полную уверенность, что сто процентов будут даны ими в срок.

«Уральцы» глубоко убеждены, что так будет потому,  что они старые колхозники, потому, что у них есть славная традиция  – работать честно, по-колхозному, потому, что они на деле видят прямую дорогу   к зажиточной жизни. А работают они дружно,  работают много.

Из всех станков южной части района они одни в эту зиму занимаются подлёдным ловом. Не заключая пока ни с кем договоров,  они  взяли на себя внутриколхозное  обязательство добыть три центра рыбы.

Во время моего пребывания в Денежкино,  у них уже был добыт центнер. На недостаток питания они не жалуются. За все четыре года они не нуждались в хлебе, и нынче им хватит его до мая (нужно завезти сейчас), сахаром они обеспечены, рыбы им хватает.

Осенью не поленились развести огород и ели свои овощи, кроме картофеля.  Его они не видели четыре года. За это у них крепкая обида на город.    За 1934 год они перекрыли задолженность и имеют несколько тысяч  дохода.

Ещё один штрих: колхоз «Уралец»  выписывает газет и журналов на 500 рублей в год. Они в курсе всех событий и новостей, вплоть до физкультуры и спорта. А радио у них, к сожалению,  также молчит.

Денежкино – Полой – Карасино

Стоит выехать за город, чтобы увидеть всю прелесть  зимнего северного пейзажа. Путь от Денежкино к Полою сокращён тем, что  проложен через таёжный лес.

Был волшебный зимний день.  Необычайная тишина висела в лесу, было очень тепло. Сытые колхозные  лошади  «Уральца» быстро несли  ныряющие в ямах нарты, открывая глазам кинематографическую  смену чарующих видов.

По обе стороны от наезженной дороги  высоким рыхлым покровом расстилалась  снежная даль. На кедрах, пихтах, берёзах волшебница зима вылепила изумительные снежные фигуры. Невольно играло воображение.

Пейзаж захватывал своей чарующей картиной… Вот промелькнула стая белок, спрятавшихся в лиственнице… Вот большая семья белых мышей облепила ветки берёзы, ища удобного для себя места…

Вдруг вся эта лесная сказка оборвалась – повеяло прохладой,  перед нами показалась скованная, заснеженная речка Денежкино. Лес разделился. Пересекая речку,  мы увидели свежие крупные следы  росомахи, ровной прямой линией пробежавшей от одного берега к другому. Видимо, зверь был здесь недавно.

А дальше опять потянулся лес, и не хотелось, чтобы он кончался…

Станок Полой, если бы на нём не было отделения совхоза, ничем примечательным не показался бы.  Живут на нём четыре брата Пономарёвых и семья Гавриленко. Все единоличники. Живут без особых интересов, газет не выписывают, не торопясь промышляют. И случись же пушная удача именно здесь! Песец, единственный в районе за эту зиму, оказался в капкане полойского промышленника Николая Васильевича Пономарёва.  К сожалению, активный туберкулёз лёгких не даёт ему возможности хорошо  промышлять.

Фактория Крайсибпушнины на Полое быстро и хорошо организовала хлебопечение. Торгующие организации Игарки приглашаются туда отведать свежих и вкусных калачей, ежедневно выпекаемых в достаточно удовлетворительных санитарных условиях.

По отношению к Полойскому совхозу нужны меры помощи.  Главным образом развёрнутое новое строительство. Жутко тесно и сыро  на скотных дворах. Для имеющегося поголовья скота помещение  явно недостаточно. Молодняк в возрасте до двух лет в количестве 53-х голов занимает помещение размером 23 на 5,8  метров. Прижавшись вплотную друг к другу,  они не имеют возможности отдыхать. Вентиляция недостаточная, запах аммиака резко бьёт в нос, потому что нет нужных стоков для  отвода в наружные навозницы  всех  выделений.

Та же картина и в телячьих яслях: тесно, сыро, не побелены стены. Скоро начнётся массовый отёл, а родильных стойл имеется только двое. Значит, будут телиться в общих тесных стойлах, или где застанут роды.

Маслоделка находится внутри скотного двора, что совершенно недопустимо. Мною были даны заведующему  совхозом строжайшие указания, как в этих вынужденных условиях должна производиться переработка молока. Горздрав должен помнить об этом и повторно через Усть-курейский медпункт проверять все указания  санитарного надзора, сделанные в соответствующем акте.

Не менее тяжёлое впечатление составляет рабочее общежитие. Комната одиноких рабочих  напоминает переселенческий пункт. Мало наших санитарных указаний, актов и предложений. Нужна плановая борьба за общую культурность, за рост культурных потребностей. И с горькой иронией глядит на вас молчащий радиоприёмник и не обмениваемая книжная передвижка.

С неразрешимым явлением столкнулся я в Полое.

По станкам Игарского районаЖивёт там неподалёку в чуме известный промышленник  туземец Пешкин Иван. Его специальность  – крупный зверь. Подпустить к себе медведя на десять метров и одним метким выстрелом покончить с ним  не так-то, видимо,  просто. Но Пешкин это делает легко.

Значительно труднее для него доставить своих больных детей в городскую больницу. У его мальчика туберкулёзное заболевание лимфатических шейных желез с нагноением, а у девочки  начавшийся свежий туберкулёз коленного сустава.

Я в глазах Пешкина оказался плохим врачом, потому что на месте лечить его детей не сумел,  предложив их везти в город, в больницу. На чём же везти?  Оленей нет, денег нет. Бесплатно со станков не возят. Грустный ушёл от меня туземец  Пешкин. Плохой доктор.

По приезде я немедленно попытался разрешить этот вопрос в горздраве.  Оказывается, что фонда для перевозки в город неимущих больных не существует. Это неубедительно.

Но существует наше советское здравоохранение. И в этом сказано всё.

Далеко со средины Енисея виден  новый хороший дом, самый крайний на станке. Это Карасинская школа. В ней я проделал большую работу,  задержавшись в Карасине больше четырёх суток.  Карасинцы сумели хорошо использовать здание школы.  Просторное, чистое, светлое, оно у них по вечерам заменяет клубное помещение для общих собраний, постановок, бесед.

На одной из таких бесед, проведённых на тему «Здоровый быт в колхозе» меня внимательно и настороженно слушали. При всём желании обойти упоминания слова  «мыло» мне никак не удалось.

Во всяком случае,  так я произносил это слово пониженным голосом, что зато громко заявить здесь, что система отоваривания мылом, проводимая интегральной кооперацией по 500 граммов на семью в месяц не зависимо от количества едоков, – плохая услуга делу культурного роста колхозов.

Георгиевские колхозницы, обращаясь в своё время с письмом к товарищу Сталину, думали не только о себе. И на сегодня Игарка настолько обеспечена мылом, что она очень легко  могла  бы выделить его в достаточном количестве  для продажи на станках.

Я-то, во всяком случае, был «намылен» достаточно, потому что весьма интересовался вопросами санитарной культуры  в семье и на каждой беседе.

Чтобы закрепить результаты своей беседы на общеколхозном собрании была избрана  санитарная комиссия. В состав её по моему предложению была введена Клавдия Андреевна Токуреева.  До моего знакомства с нею, её в колхозе имени Будённого знали как нерадивую хозяйку. Остановившись у них на ночлег в первый раз,  я увидел, что уюта в избе нет, что грязь и беспорядок утвердились в ней прочно. Висевшая на стене в рамке  Почётная грамота, выданная колхознику Алексею Ивановичу  Токурееву за успешное выполнение плана  рыбной путины никак не соответствовала общей обстановке жилья.

Пришлось найти меры морального воздействия.

На обратном пути я не узнал квартиры Токуреевых. Откуда что взялось? Лежавшие годами в сундуках скатерти, покрывала, простыни, полотенца – всё появилось на свет.  Запущенная неуютная изба была приведена в образцовое состояние.  На фоне ярко выбеленных стен и хорошо отмытых полов большим уютом и чистотой заблестели свеже выглаженные занавески на окнах, белые наволочки на подушках,  аккуратно убраны постели, чистые скатерти на столах.  Сразу стало светло в квартире, стало больше воздуха!

По станкам Игарского района

На общем собрании колхоза после моего предложения устроить экскурсию в показательный дом Токуреевых Клавдия Андреевна была выбрана в санитарную комиссию станка.

Это событие явилось переломным моментом: станок вдруг стал  усиленно белиться, убираться, мыться. На другой день, посещая с санитарным обходом все избы, я во многие попадал в неподходящий час – в них шла побелка, уборка, подготовка к визиту врача.  Манёвр удался!

Перед отъездом я проинструктировал санитарную комиссию  и дал конкретные указания к выработке календарного плана работы.  При этом, конечно, была проведена основная мысль, что авторитет комиссии будет высок только в том случае,  если сами её члены всегда будут живым примером  показывать остальным, как нужно культурно жить.

Опубликовано впервые в газете «Северная стройка» (город Игарка) № 28 за 15.03.1935, № 32 за 25.03.1935, № 33 за 27.03.1935 и № 34 за 30.03.1935.

Фотографии В.И.Чин-мо-цая, И.И.Балуева, С.Н.Малютина из фондов Красноярского краеведческого музея.



Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *