Зарубки на память: Игарка, год 1933




Как в судьбе любого человека, так и в судьбе города каждый прожитый год имеет своё неповторимое значение. Чем запомнился первостроителям Игарки 1933 год, трудно сказать. Свидетельств и печатных материалов об этом периоде сохранилось до обидного мало. И всё-таки несколько важнейших событий с позиций историка-краеведа, могу сегодня назвать.

Зарубки на память: Игарка, год 1933

Первое, судьбоносное и главное, оказавшее влияние на формирование того неповторимого облика игарчан-игарцев, которое отличает их от других как некую общность, — это объявленная в ещё только зарождающемся городе борьба с неграмотностью. Именно благодаря движению «Сделаем Игарку городом сплошной грамотности!» уже спустя год по проценту грамотного населения наш город вышел на первое место в крае (из 12000 игарчан неграмотными оставались только 237). Помимо школ в городе действовали 18 пунктов ликвидации безграмотности и 3 кружка иностранных языков. Самый читающий город получил в 1933 году 250 тысяч экземпляров газет и журналов.

Редакция газеты «Северная стройка» со второй декады июля начинает выпускать боевые листки «На штурм Карской», рассказывающие о ходе лесоэкспортной навигации. Внутри самой газеты часть материалов печатается на английском языке для прочтения прибывающими в город иностранными моряками. Какая ещё городская газета тех времен может похвастаться этим?

Другое с эпитетом судьбоносное событие произошло 27 марта 1933 года. Именно в этот день экипажем в составе: командира Василия Сергеевича Молокова и бортмеханика Константина Николаевича Сугробова был совершён авиарейс Красноярск-Игарка с продолжительностью полёта 8 часов 45 минут. Имя Константина Николаевича Сугробова известно лишь узкому кругу игарчан, изучающему историю полярной авиации. Полярный лётчик, бортинженер, участник первой Воздушной экспедиции на Северный полюс в 1937 году на самолёте «СССР Н-172», ведомом другим известным в Игарке командиром воздушного судна А.Д.Алексеевым Константин Сугробов погиб в августе 1941 года в авиационной катастрофе, участвуя в военных действиях в Заполярье.

Зарубки на память: Игарка, год 1933Генерал-майор Василий Сергеевич Молоков (1(13).02.1895 -29.12.1982) прожил замечательную жизнь, став одним из первых Героев Советского Союза. Он участвовал в спасении челюскинцев и открытии авиатрассы Красноярск – Якутск. Перелёт до Игарки в марте 1933 года не отмечен в его официальной биографии, опубликованной в интернете. А между тем газета «Северная стройка» об этом скоростном рейсе тогда написала:

«Самолёт Комсевморпути № 7 с грузом рамных пил и электродами вылетел под пилотированием товарища Молокова 27 марта в абсолютно нелётной обстановке – то в тумане, то при сильнейшем снегопаде, но прибыл в Игарку 8 часов 45 минут спустя – НЕБЫВАЛЫЙ ПОЛЕТ, так как даже летом ни один самолёт не проходил участка Красноярск – Игарка за такое время, а первый зимний перелёт в 1931 году занял у товарища Фариха 45 часов». (Цитируется по книге В.Новикова, Ж.Трошева «Игарка», 1979 год, стр.102)

Игарчане подхватывают и инициативу московских писателей – построить мощный агитационный самолёт, назвав его «Максим Горький» в честь сорокалетнего юбилея литературной деятельности известного в стране писателя. В городе начинается сбор средств на его постройку.

К сожалению, архивом газеты «Северная стройка» я не располагаю, а газета «Красноярский рабочий» 1933 года редко упоминает Игарку на своих страницах. И всё-таки в номере от 10 апреля находим важные для нас сведения, практически забытые историками. Вы помните, что в декабре 1932 года Постановлением Совета Народных Комиссаров  СССР было образовано Главное управление Северного морского пути во главе с О. Ю. Шмидтом  и  Р.Л. Самойловичем.

Естественно, что преобразования коснулись и региональных структур. «Красноярский рабочий» пишет, что «Совет Труда и Обороны постановил: «поручить ГСМП ликвидировать КСМП, как объединение и на базе его создать в системе ГСМП следующие хозрасчётные организации: Таймырский трест с центром на Игарке, Северо-Уральский трест с центром в Обдорске, Якутский комбинат с центром в Якутске». (Здесь и ниже газета «Красноярский рабочий» 10.04.1933)

Таймырский трест ГУСМП с центром на Игарке?! Теперь становится понятным, почему Игарка стала форпостом для развития северных поселений: Дудинки, Норильска, национальных стойбищ малочисленных народностей Севера.

Читаем дальше: «Согласно этому постановлению флот транспортного директората распределяется между тремя организациями: Таймырский трест, за которым остаются исследовательские работы на Крайнем Севере и рыбо-зверобойные промыслы; наркомлес – буксировка плотов по реке Енисею для игарских лесопильных заводов, и Енгоспароходство, на которое возлагаются экспортно-импортные перевозки и внутренняя переброска грузов для Севера».

Из этого же материала, названного «Комсеверпуть, как объединение ликвидирован, а классовый враг и «шляпы с партбилетом в кармане» разбазаривают государственное имущество» узнаем, что Таймырскому тресту отошли пароходы «Лайне» и «Сплавщик». Именно эти пароходы составили основу Игарской флотилии. Тоже очень важный, доселе неизвестный исторический факт.

Добавим из прочитанного: постановлением правительства определена задача Енисейскому пароходству по выполнению лесоэкспортных перевозок по Енисею.

В самой Игарке в 1933 году завершено строительство графитно-обогатительной фабрики, в Курейке для игарчан построен дом отдыха.

Любопытна небольшая заметка в номере «Красноярского рабочего» от 28 февраля 1934 года «Для карандашной фабрики есть твёрдая сырьевая база». Из неё узнаем о планах строительства фабрики по производству карандашей в Красноярске, где уже произведено экономическое обоснование нового объекта: «Курейский графит и манский кедр, дешёвые и удобные пути транспорта, сплавные реки бассейна Енисея и сам Енисей, железнодорожная магистраль позволяют с наилучшим эффектом построить карандашную фабрику в Красноярске».

Однако, не срослось. Любили большевики ставить грандиозные задачи. Иногда результат оказывался в разы меньше планов. Представляю, как завалили бы весь мир карандашами! Москвичи пальму первенства не отдали. И я помню себя в начальной школе, грызущей, как и многие школьники, в задумчивости кончик карандаша, на котором золотыми буквами было выдавлено «Карандашная фабрика имени Сакко и Ванцетти». Кто такие таинственные Сакко и Ванцетти без наличия в нашей жизни интернета было не ясно, но карандаши нам привозили не из Красноярска, а из столицы.

Но я, видимо, опять немного отвлеклась…

Суровая жизнь в Заполярье, длительные морозы, нехватка витаминов, полярная ночь давали о себе знать. За год в Игарке было зарегистрировано 3555 случаев заболевания цингой, 33 – сыпным тифом, 44 – брюшным тифом. И это при том, что работало в двух больницах и амбулатории комбината всего восемь врачей. Между тем в 1933 году одновременно в больницах могло уже проходить лечение до ста человек, открылись детская и женская консультации, молочная кухня, обслуживающая 150 детей. При больнице были созданы и начали работать рентгеновский и физиотерапевтический кабинеты, в городе уже было трое яслей для малолетних детей. Фельдшерские пункты действовали в совхозе «Полярном», Курейке и Плахино и ещё один здравпункт был при лесокомбинате.

И, как увидим позднее, скоро о цинге и тифе забудут навечно. Не последнюю роль в ликвидации страшной болезни, вызываемой авитаминозом, сыграло развитие сельского хозяйства. Площадь теплиц подсобных хозяйств в 1933 году составляла 600 квадратных метров. Игарцы продвигали растениеводство и дальше на Север. Создаётся первый ненецкий совхоз «Новая жизнь» на Таймыре в посёлке Мунгуй. Дома для Мунгуя срубили на Игарском ЛПК и доставили для последующей сборки в посёлок.

На улице Почтовой, более известной современникам как улица Малого театра, функционировало одно отделение связи с одним письмоносцем. Но в адрес игарчан было получено кроме указанных выше четверти миллиона газет и журналов 30 тысяч писем, 460 посылок, 900 денежных переводов. Действовал коммутатор на 15 телефонных номеров. Протяжённость городской телефонной линии составила пять километров.

Успешно развивалась торговля — в Игарке и сёлах уже построено 20 магазинов и ларьков, две столовые.

13 июля по Северному морскому пути пришла первая партия морских лесовозов, началась лесоэкспортная навигация, именуемая Карской. 25 морских судов увезли из Игарки почти 147 тысяч кубометров экспортного пиломатериала, в том числе напиленного местными лесозаводами 104 тысячи кубометров. Товар смежных южных предприятий края составил 42,3 тысячи кубометров. Пакетированный лес доставлялся в Игарку из Красноярского порта.

Зарубки на память: Игарка, год 1933

До нашего времени дошли сведения о количестве работников лесопромышленного комбината – 2107 человек.

В конце октября газета «Красноярский рабочий» напечатала благодарность уполномоченного Совета Труда и Обороны Карской Янсона работникам Енисейского пароходства, принимавшим участие в перевозке леса в Игарку для поставки его за границу:

Успех Карской. Морские суда загружены

«Игарка. Важнейшая часть Карской по погрузке морских судов успешно закончена. В успехе большую роль сыграла чёткая ударная работа речного транспорта, выполнившего график досрочно.

Прошу передать большевистский привет всем ударникам плавсостава и техперсоналу ЕнУРПа. Надеюсь, Карскую 1934 года работники вашего транспорта выполнят с более высокими показателями и большим энтузиазмом. УполСТО Карской Янсон». (газета «Красноярский рабочий» 26.10.1933)

Однако, умеющий читать между строк в последнем предложении может увидеть скрытый намёк на то, что не всё было благополучно в ходе навигации.

По осени вернулась в Красноярск с Таймыра Енисейская группа Западно-Таймырской экспедиции ГУСМП, возглавляемая И.А.Ландиным.

Зарубки на память: Игарка, год 1933«Лётчик, участник Гражданской войны Иван Алексеевич Ландин родился в городе Покров Московской области. За свои боевые заслуги в 1920 и 1921 годах был награждён орденом Красного Знамени и почётным оружием. Через десять лет Ландин уже был начальником Северо-восточной полярной экспедиции «Аэрофлота», занимавшейся обследованием авиатрасс от мыса Дежнёва до Тикси. В 1933 году он руководил Западно-Таймырской экспедицией Управления полярной авиации Главсевморпути», — так написала о нём газета «Правда Севера» (город Архангельск) 15 ноября 2017 года.

«Красноярский рабочий» 1933 года, подводя итоги экспедиции на Таймыр И. Ландина, писал, что Таймыр в те времена – район «пестрящий на картах надписями «необследованный берег», «предполагаемый остров», причем значительная часть береговой черты обозначена пунктиром (необследованный берег). При таких сведениях плавание вокруг Таймыра представляло значительные трудности, тем более, что этот район считался чрезвычайно сложным в отношении ледового режима. Для самолётных же рейсов имевшиеся материалы были совершенно непригодны, так как в них отсутствовали элементы аэронавигации. (…)

Западно-Таймырская экспедиция определила несколько астрономических пунктов, установив навигационные знаки в наиболее приметных точках побережья. Навигационные знаки нанесены на карту и будут служить ориентирами для мореплавания. Глубины моря и бухт промерены, причём обнаружены и нанесены на карту опасные банки.

Точные измерения показали, что расстояния, указанные на карте, не соответствуют действительности. Экспедицией составляется новая карта Западного Таймыра с новыми названиями, так как многие прежние мысы и острова, обозначенные на старой карте, были, по-видимому, лишь нагромождением льда и в настоящее время не существуют.

Открыты и нанесены на карту десятки новых островов, составляющих целые архипелаги. Обнаружение этих до сих пор не известных островов, задерживающих движение ледяных полей, в значительной степени должно облегчить изучение ледового режима»… («Вокруг Таймыра», «Красноярский рабочий» 04.11.1933)

В «Хронике краеведения», опубликованном в этом же номере газеты есть информация, озаглавленная «Окончание работ по составлению новой карты Приенисейского Севера»: «Краеведческим обществом закончена составлением и подготовлена к изданию новая карта Приенисейского Севера полуторамиллионного масштаба (в 1 см 15 клм) на четырёх листах с объяснительной запиской.

Эта карта является самой точной и подробной из всех существующих, так как при её составлении использованы все картографические материалы включительно по 1933 год и составление её приурочено к 2-ому международному полярному году.

Полярной комиссией Академии наук СССР дан хороший отзыв об этой карте, причём академия принимает живейшее участие в продвижении вопроса об её издании. Нужно предполагать, что к январю 1934 года издание указанной карты будет закончено».

Выводы экспедиции Ивана Ландина в материалах, легших в основу этой карты, не были учтены в силу того, что ещё не были обработаны. Трагически оборвалась жизнь несомненно талантливого учёного-полярника. Вот как пишет об этом архангельская газета «Правда Севера»: «15 марта 1937 года Ландин арестован по обвинению в участии в контрреволюционной террористической организации, 11 января 1938 года приговорён Военной коллегией Верховного суда СССР к расстрелу и в тот же день убит. Спустя почти 20 лет Военная коллегия Верховного суда СССР И. А. Ландина реабилитировала. А через 16 лет его именем был назван пролив в Карском море, отделяющий острова Каминского от материка».

Игарчанам имя Ивана Алексеевича Ландина ранее знакомо не было. Зато в Игарской гидрографической базе в названии мощного судна, использовавшегося в последующих гидрографических исследованиях устья Енисея и Карского моря, есть имя другого полярного учёного – Николая Евгенова. С его материалами о нашем городе мы уже вас знакомили. В этой главе приведу ещё одну его статью об Игарке. Она включена в первое издание двадцать седьмого тома «Большой Советской Энциклопедии», издававшейся с 1926 по 1947 год. Главным редактором Энциклопедии, как известно, был Отто Юльевич Шмидт.

Зарубки на память: Игарка, год 1933«Игарка, город, порт и промышленный центр Восточно-Сибирского края, на нижнем течении реки Енисея, в расстоянии 673 км от устья. Начало строительства Игарки было положено Акционерным обществом «Комсеверопуть» в 1928. Обладая природной превосходной гаванью в виде Игарской протоки реки Енисея, защищённой от ледохода, будучи доступна для крупных морских судов (в 1930 году порт посетило уже 27 пароходов Карской экспедиции), Игарка сразу приобрела крупное значение как пункт для выхода сибирского леса на внешний рынок Северным морским путём. В последнее время (1932) здесь имеются три лесопильных завода с годовой экспортной продукцией в 25 тыс. стандартов, завод строительных деталей, организовано бондарное и ящичное производство, строится графитная обогатительная фабрика для экспортного графита с реки Курейки, поставлена радиостанция. Лес в Игарку пока доставляется в плотах и на баржах с верху реки; намечается широкое использование лесных массивов бассейна нижнего Енисея, в частности, лесов Нижней Тунгуски. Речным пароходством Игарка в летнее время связана с Красноярском; налаживается регулярная связь с последним в течение круглого года с помощью самолётов. Будучи расположена на 80 км севернее Полярного круга, и насчитывая к 1932 уже 12370 жителей, Игарка является самым крупным населённым пунктом на Севере не только Туруханского края, но и всей Сибири и превращается в значительный культурный центр (организованы техникум, школы-семилетки и т.д.) В окрестностях Игарки устроен показательный огородный совхоз. Стройка Игарка в очень трудных природных условиях (суровый климат, вечная мерзлота, отдалённость от крупных центров Союза) является образцовым примером в деле борьбы за освоение Советского Севера. Н.Евгенов» (Большая Советская Энциклопедия, том 27 (Зерновые – Империализм), Москва, ОГИЗ РСФСР, стр. 388)

Еще одна памятная дата 1933 года, которую коммунальщики Игарки могут считать изначально Днём рождения своего современного предприятия — 23 октября. Именно этим числом датировано Постановление СНК СССР о передаче всего жилищно-коммунального хозяйства в Игарке от Комсеверопути в ведение горсовета. Жилищный фонд города в том году состоял из 269 одноэтажных и двухэтажных домов, из них 26 были каркасными, временно построенными бараками.

Осень – период отчётно-выборных собраний в партийных организациях. «Партконференция Игарки признала необходимым форсировать оборудование порта, освоить 50 охотничьих и рыболовных угодий», — писала газета «Красноярский рабочий» 01.11.1933 в материале «Превратим Восточную Сибирь в край передовой». О проектировании и строительстве морских причалов в Игарке и о многом другом, что произошло в истории города, отметившем своё пятилетие, в нашей следующей главе.

Фото — Зарисовка художника К.Беспятых «На пристани. Суда, готовые к отплытию на Север»; «Лесоэкспорт, подвозка из штабелей в Красноярском речном порту» — из архива газеты «Красноярский рабочий», портрет И.Ландина с сайта газеты «Правда Севера».



Читайте также:



Подписывайтесь на мой канал в Яндекс.Дзене





1 комментарий

  • Алена:

    Какая все-таки богатая, насыщенная история у Игарки! Спасибо автору за эту огромную работу!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *